Wework не техническая компания; это мыльная опера

14 августа The We Company (ранее известная как WeWork) подала обязательные документы (форма S-1), чтобы стать публичной компанией, и на это стоит обратить внимание. Я имею в виду, забудьте о серьезных вещах на мгновение. Документы начинаются с эпиграммы: «Мы посвящаем это энергии We — она сильнее, чем энергия любого из нас, но находится внутри всех нас».

Энергия We. Я понимаю это с точки зрения брендинга — они буквально называются The We Company — но, вы знаете, нормальные люди просто скажут «наша энергия». Я часто дразню технические компании Силиконовой долины, но Нью-Йорк легко обгоняет их в этом плане.  Посмотрите на этих, которые искажают английский язык по своей воле!

Является ли The We Company технологической компанией?

WeWork — извините The We Company — в первую очередь является арендодателем для фрилансеров и компаний. Вы платите арендную плату за свой стол или что-то еще, и тогда вам не нужно работать из дома. Есть также конференц-залы. И все же слово «технология» появляется в документах 1110 раз. «Мы предоставляем нашим членам гибкий доступ к красивым пространствам, культуре инклюзивности и энергии вдохновенного сообщества, и все это связано с нашей обширной технологической инфраструктурой», — сообщает нам The We Company. Но мне нелегко понять, что такое «обширная технологическая инфраструктура». Означает ли это просто Wi-Fi? Неоновые огни? Или … лазеры?

Это — правда, что The We Company нанимает много инженеров, дизайнеров продукции и так далее. Но какая крупная компания этого не делает? Если это стандарт, по которому можно причислять компанию к технологичным, тогда  JPMorgan Chase является одной из крупнейших и наиболее важных технологических компаний в мире.

А вот организационная диаграмма The We Company, которая, буквально, лишает слов.

The We Company, в широком смысле, заинтересована в совместной работе (WeWork), частных школах (WeGrow), а также квартирах и отелях (WeLive).

The We Company не является технологической компанией, хотя она очень успешно выдает себя за нее.

У нее также есть инвестиции в частный клуб для женщин под названием The Wing: согласно этим документам The We Company принадлежит 23% акций. Другие инвестиции в основном в недвижимость. Не говоря уже о том, что есть два способа, которыми компания зарабатывает деньги: 1) от людей, платящих сборы за аренду, и 2) от спонсорства и продажи билетов на мероприятия.    

Как отмечает Recode, основным конкурентом The We Company является IWG, компания по недвижимости, которая не претендует на звание технологической компании.

«У IWG значительно больше площадей и больше клиентов, и на самом деле они получают прибыль, однако ее рыночная капитализация составляет всего 8 процентов от того, что, по мнению последнего раунда финансирования SoftBank, имеет WeWork».

The We Company — это не просто обычная компания по недвижимости; это риэлторская компания, которая взяла много денег у SoftBank и других фирм, просто часто повторяя слово «технология».

Во всяком случае, я решила внимательнее изучить документы и вау!

Адам Нойманн, генеральный директор The We Company, и Ревекка Пэлтроу Нойманн, партнер-основатель The We Company и двоюродная сестра Гвинет, имеют план преемственности руководящих должностей, в котором даже не рассматривается возможность развода. Если что-то случится с Адамом, Ревекка плюс два члена совета директоров (в некоторых случаях, даже она сама) выбирают следующего генерального директора.

Теперь, если Ревекка не может сделать это — возможно, потому что она мертва или инвалид — попечитель, действующий от имени Нойманна, возьмет на себя работу по поиску нового генерального директора. Эта компания, кажется, принадлежит Нойманнам, или Адаму Нойманну.

Основной фактор риска: Адам Нойманн.

Адам является фактором риска. Серьезно, проверьте раздел Факторы риска. «Адам будет иметь возможность контролировать вопросы, представленные нашим акционерам на утверждение, включая выборы директоров. Как компания под руководством учредителя, мы считаем, что эта структура голосования соответствует нашим интересам в создании акционерной стоимости». Что ж, в любом случае это действительно стоящая вещь для Адама.

Адам Нойманн купил здание, которые он затем сдал в аренду для WeWork, The Wall Street Journal сообщил в январе. Адам заработал миллионы на сделках. В мае он сказал, что продаст имущество, которое WeWork арендует, инвестиционной компании, управляемой WeWork и финансируемой сторонними инвесторами, сообщает The Wall Street Journal.

В форме IPO (initial public offering — публичного размещения акций) говорится, что инвестиционная структура под названием ARK будет управлять активами Адама в 10 коммерческих объектах. Четыре из них сданы в аренду WeWork.

В форме S-1 отмечается, что у Адама «в настоящее время имеется кредитная линия на сумму до 500 млн. долл. с BS AG, Stamford, JPMorgan Chase Bank, N.A. и  Credit Suisse AG, из которых сумма в размере около 380 млн. долл. была непогашенной на 31 июля 2019 года». Этот кредит гарантируется некоторыми акциями The We Company.

Адам также получил $97,4 млн. в JPMorgan Chase «по различным кредитным продуктам, включая ипотечные кредиты под залог личной собственности», хотя эти «кредитные продукты» не гарантируются акциями We Company. Кстати, JPMorgan Chase является одним из страховщиков IPO The We Company. (Другие — Goldman Sachs, Bank of America, Citigroup и Barclays. По словам Bloomberg, IPO может обойтись в более чем 122 млн. долл.)

Хотя Адам не получает зарплату за работу в The We Company — как и Ревекка, — в июне 2016 года компания выдала ему кредит в размере 7 миллионов долларов. (Он выплачивается с процентами).

Есть несколько причин для IPO: самая веская из них заключается в привлечении новых инвестиций.

IPO также позволяют инсайдерам обналичить деньги. В документах говорится, что до 2019 года Адам не владел никакими акциями. Но по мере того, как The We Company становилась все больше, совет директоров решил дать Адаму основание для IPO, поэтому Адам получил опционы на покупку более 42 миллионов акций.

Разбивка акций в компенсационном пакете Адама выглядит следующим образом:

  • 9 438 481 опцион каждый месяц в течение пяти лет;
  • 9 438 481 опцион — это основанная на результатах работы передача ежемесячно  в течение пяти лет;
  • 7 078 861 опцион будет также предоставляться ежемесячно, «если мы достигнем публичной рыночной капитализации в 50 миллиардов долларов и будем вкладывать средства ежемесячно в течение нескольких лет после этого»;
  • 7 078 861 опционов «- соответствующая результатам работы передача, если мы достигнем рыночной капитализации в 72 млрд. долл. и будем вкладывать средства ежемесячно в течение двух лет с этой даты»;
  • 9 438 481 опционов — «соответствующая результатам работы передача, если мы достигнем капитализации в размере 90 млрд. долл. и будем вкладывать средства ежемесячно в течение двух лет с этой даты».

Это привело к тому, что Адам получил кредит в 362,1 млн. долл. в апреле от The We Company для использования своих опционов. Адам погасил кредит в этом месяце, вернув акции. «После погашения этого займа The We Company выдала Адаму количество процентов по прибыли, равное количеству акций, переданных Адамом при погашении займа». Я не совсем уверена, правильно поняла ли это предложение, но Шира Овиде из Bloomberg сделала это, и вот как она описывает: «Адам Нойманн выкупил часть этих опционов, которые компания оценила в более чем 360 миллионов долларов, в сложной сделке с компанией, которая дала ему финансовый инструмент, связанный с будущей прибылью WeWork».  

Адам распространил любовь к финансам и на свою семью:

«В 2018 году одна из ближайших родственников Адама провела восемь мероприятий, связанных с Creator Awards, за которые ей было выплачено в общей сложности не менее 200 000 долларов. Еще один из ближайших родственников Адама работает с 2017 года в качестве главы оздоровительного учреждения компании, и он получает не менее 200 000 долларов в год за работу».

Кроме того, пока мы говорим о факторах риска, связанных с Адамом: интервью, которые Адам дал Business Insider и Axios, возможно, нарушили спокойный период рассмотрения IPO Комиссией по ценным бумагам и биржам. Они перечислены в форме как риски для бизнеса. Смотрите, The We Company подала заявку на IPO в декабре; период рассмотрения начинается, когда компания регистрирует свою форму, и заканчивается, когда сотрудники объявляют заявление «эффективным».

В целом, как указывает Шира Овиде из Bloomberg, на 10 страницах много рассказано об Адаме.

Что насчет Ревекки?

Ревекка, «стратегический партнер по мышлению» Адама, фигурирует там значительно реже. Как я уже говорила, она никогда не получала зарплату. Она также подняла шум в сентябре 2018 года, сделав несколько довольно странных комментариев о том, что женщины должны делать: «Большая часть того, чтобы быть женщиной, состоит в том, чтобы помочь мужчинам (таким как Адам) проявить свое призвание в жизни».

Это странное представление о браке: только один партнер может «понять свое призвание в жизни». В то время как The We Company возвращалась к этим комментариям — вроде как! — добавив больше контекста, это не помогло, потому что контекст таков: «Реальность, которую я вижу сегодня, заключается в том, что женщины, на мой взгляд, не могут сделать ничего большего, чем расширить возможности своих партнеров — и это может быть мужчина, женщина, друг, это не имеет значения, но расширяет возможности других».

В The We Company Ревекка является генеральным директором школы WeGrow. В Корнелльском университете она училась по направлению бизнес, а также изучала буддизм. На самом деле, я просто процитирую ее биографию на WeGrow: «Ревекка путешествовала по миру, обучаясь у многих магистрантов, таких как Его Святейшество Далай-лама и сама Мать Природа, и стремится создать образовательное сообщество, которое способствует росту человеческого разума, тела и души, и подъему коллективного сознания мира».

Она даже присутствовала на дне рождения Далай-ламы, согласно профилю Fast Company у 2016 году. «У нас нет никакой границы между работой и жизнью, — сказала она Fast Company. — Это даже не размытая линия. Там нет линии».

Поскольку Ревекка отвечает за брендинг, я полагаю, что следующее предложение с S-1 ее работа: «Мы — общественная компания, приверженная максимальному глобальному воздействию. Наша миссия — поднять мировое сознание».

Во всем виноват Softbank.

Хорошо. Итак, мы знаем, что The We Company, как бы она ни была веселой, не является технологической компанией. Так почему же у нее такая высокая оценка? Ответ появляется 51 раз в S-1: SoftBank.

SoftBank, его Vision Fund, а также его генеральный директор и основатель Масаёси Сон, приобрели значительную популярность в сфере технологий, инвестируя в Slack, Uber и GM Cruise. «Стратегия SoftBank заключалась в том, чтобы вкладывать огромные суммы — его наименьшие сделки составляют около 100 миллионов долларов, а самые крупные миллиарды — в самые успешные технологические стартапы в данной категории», — писали Сара Макбрайд, Селина Ван и Питер Элстрем на Bloomberg в прошлом году.

В этой статье анонимный айтишник из Силиконовой долины называет SoftBank «большим хулиганом», что является покерным выражением — это тот, у кого так много фишек, что больше никто не участвует в игре. (Если вы читаете это, анонимный источник, напишите мне. Вы звучите забавно!) Инвестиции, сделанные SoftBank, огромны — и часто компании, в которые SoftBank вложил, оцениваются исходя из этого более позитивно.

По данным The New York Times, в январе SoftBank вложил в The We Company еще 2 млрд. долл., в результате чего компания получила оценку в 47 млрд. долл. В отчете говорится, что общий объем инвестиций SoftBank в The We Company, включая инвестиции, сделанные Vision Fund, составляет около 10 млрд. долл.. Vision Fund, который привлек около 100 млрд. долл., поддерживается Фондом государственных инвестиций Саудовской Аравии, Apple, и правительством Абу-Даби, в частности, если верить Bloomberg.  

Эти 2 миллиарда долларов могут показаться огромными, но они не так велики, как одна из сделок, которые рассматривал SoftBank: выкупить доли всех других инвесторов за 10 миллиардов долларов, а затем инвестировать еще 6 миллиардов долларов в The We Company, сообщает Wall Street Journal. «Сильная поддержка WeWork в SoftBank была противоречивой, — пишет Элиот Браун. — Несколько руководителей поставили под сомнение высокую оценку компании, в первую очередь, ориентированную на недвижимость».

Чтобы компания продолжала расширяться в своем нынешнем темпе, ей нужно откуда-то получить деньги. Документы на IPO были поданы в декабре 2018 года. В начале января несколько газет сообщали о том, что зачисленных средств из SoftBank оказалось меньше, чем ожидалось. И «в первой половине 2019 года» генеральный директор получил свои первые стимулы производительности, которые привязаны к публичным торгам, согласно документам.

Повышенное осознание риска снижения.

The We Company раньше называлась  WeWork. Как сообщает Эллен Хует из Bloomberg новое имя принадлежало We Holdings LLC, поэтому WeWork заплатила 5,9 млн. долл. за приобретение названия и сменила его в прошлом месяце. We Holdings — вы уже догадались! — управляет акциями и активами, которые принадлежат … основателям WeWork.

Я говорю вам, что, это абсолютно изменило мое сознание. Например, средний начальный срок аренды The We Company составляет 15 лет. Компания заплатит минимально $ 47,2 млрд. за аренду, контракт она подписала уже 30 июня. И сума все еще может увеличиться.

Я не знаю, друзья. Я просто не знаю. Я никогда не видела ничего подобного, и я не могу дождаться, чтобы увидеть, что Комиссия скажет о том, чтобы одолжить основателю, генеральному директору, и контролирующему акционеру деньги и еще при этом платить ему за аренду.

Это не говоря уже о том, кому заплатили за изменение имени или за все остальное. «Как инвестор, почему вы готовы доверять этой структуре?», — сказал Bloomberg профессор корпоративного управления в Университете штата Делавэр Чарльз Элсон.

Я люблю хаос, и теперь я очень пристально слежу за The We Company. Эта компания сильно зависит от одного парня, Адама, который, похоже, склонен к абсолютно невероятным махинациям. Я очень взволнована, не попросит ли он больше акций.